Не картофелем единым — путь Миримской

Оппозиция, чипсы, и заграница Ольги Миримской

На четыре года продлено следствие по делу Ольги Миримской – супруги Алексея Голубовича, совладелицы БКФ-банка и компании «Русский продукт».

Оля Миримская – это сериал. Можно сидеть и смотреть про тайную любовь, про романтическое знакомство, про танцы под «Ты не один» Шевчука, а еще ведь были «Что такое осень» и что-то из Чигракова. Это уже глубоко потом — спор с будущим мужем Лешей Голубовичем со всеми вытекающими – была молодость, Оля, и вопрос: зачем же мы теперь – про тебя?

Ходорковский еще открывал школьные библиотеки и слыл эффективным менеджером, без кавычек. При нем еще были деньги и власть, его еще называли «Ходор» с любовью – Оля вышла замуж за Алексея Голубовича: тот получал деньги в ЮКОСЕ, но числился в совершенно другой фирме, а именно, Arbat Capital. Это совершенный миф, что он владел Арбатом – «Арбатом» владел Ходор, и все это знали тогда, но Голубович контролировал эту часть бизнеса, занимая формальный пост директора по стратегическому развитию.

Потом было дело ЮКОСА, ЮКОС тупо выводил деньги за бугор, «оптимизируя» налоги и платежи, Оля еле-еле отбилась в своем финуправлении, что, мол, она только «выполняла поручения», а по сути, сдала, как стеклотару, и Ходорковского, и весь Совет Директоров, вместе взятый… Голубович, на тот момент, супруг, тоже пошел по делу, давал какие-то показания, но в 2003 году имя супруга Оли Миримской исчезло из материалов дела: поговаривали, что свобода бывшего топ-менеджера была просто выторгована негласной договоренностью. Запишем в актив: защитила мужа. Мы и сейчас не очень против Оли.

Про ее мужа, кстати, врут, что он спонсировал российскую оппозицию и даже однажды подумывал купить «Ведомости», дескать, хотел сделать старейшую федеральную газету рупором русских либералов. А саму Олю даже обвиняли в связях с украинскими националистами. При этом связь, как говорили, носила «спонсорский» характер – то ли у нее, то ли у кого-то из ее окружения даже изымали благодарность за выделение средств украинским националистам из «Правого сектора» (организация запрещена на территории РФ). Но нет, все было не так. Алексей хотел купить и «Совершенно секретно», которая в тот момент продавалась, и «Ведомости», и еще он вообще просто искал, куда вложить деньги – ездил по Москве и искал, разговаривал со всеми, кто хоть чем-то владел. Оля Миримская делала то же самое, как и муж.

Потом они поссорились, было это в году 3-4-м, с кого и как все это началось, история умалчивает, обозлились друг на друга страшно, никакие дружеские уговоры не действовали, разводу приписали ЮКОС и политику. И если квартиру на Фрунзенской и на Мира еще можно было как-то поделить, то банк БКФ делился сложно, а точнее, не делился совсем. У банка были две проблемы: долги и текущие потоки. Все бы ничего, но и первое, и второе – это были ВПК, как бы вместе, как две руки одного тела. Вот ходишь в один кабинет к одному и тому же человеку на Фрунзенскую набережную, а следом идет муж… и как делить банк? 

Оля банк отстояла, она его даже потом обанкротила – лично, но разве это делается в минуту? Почти два года. В итоге, именно она оставила 20% осталось за Голубовичем, 80% распределились между долгами и Олей. Но скандал на этом не закончился.

Деньги любят тишину, а БКФ-банк был слишком тихий, чтобы слиться неслышно – он взорвался: кому интересно, именно через него шли могучие потоки «оборонки». Вне зависимости от воли Голубовича, Оля попала еще раз.

Итак, кто из вас, из читающих, толстых, давно неуклюжих, не держал лет десять-пятнадцать назад свои деньги в БКФ-банке? Да почти каждый. Вспомните, про «этот наш банк» — а всего-то Оля поссорилась с Лешей. Именно так, без ненависти и инициатив, Миримская стала фигурантом уголовного дела о покушении на дачу взятки руководству Пресненского суда столицы, в котором рассматривался «имущественный спор с ее бывшим мужем Голубовичем». По некоторым данным, речь шла о весьма крупной сумме денег. Помимо этого, следователи подозревают, что женщина могла организовать незаконное прослушивание телефонов адвокатов ее оппонента. А на самом деле, от них двоих уже мало что зависело: делили банк и все, что от него оставалось…хоть и оба уже были ни при чем.

В итоге, банк БКФ и контракты «слились», Миримская стала искать варианты получения гражданства в разных странах, осела в Израиле. Была еще попытка родить…

Картошка – московская, прибыль — израильская

Но неудачи, скандалы и даже побег из России не заставил госпожу Миримскую сбавить обороты. Второй крупный актив Миримской – «Русский продукт» оказался в центре внимания СМИ в 2017 году. Тогда сообщалось, что мадам энергично переписывает активы своей продовольственной компании на коллег и друзей.

СМИ уже писали, что, что один из самых известных брендов «Русского продукта» — «Московский картофель» — перешел под управление Алексея Пашкина, бывшего члена совета директоров компании «Русский продукт», которого СМИ называют ближайшим и преданным соратником Ольги Миримской.

Переписать бизнес на преданных друзей понадобилось, чтобы сохранить за собой активы в случае дальнейших судебных и уголовных разбирательств. Расчет оказался верен, и дела у «Московского картофеля» резко пошли в гору. И вряд ли кто-то сможет усомниться, что большая часть гигантской прибыли компании попадает ее экс-владелице госпоже Миримской.

Не картофелем единым - путь Миримской

Интересно, что чипсы «Московский картофель» позиционируют себя в продвижении как отечественный, сугубо «нашенский» продукт. «100% натуральный картофель. Для производства чипсов используется натуральный картофель специальных чипсовых сортов. Поставки картофеля осуществляются от надежных отечественных поставщиков из Московской, Астраханской и Брянской областей», — уверяет сайт производителя.

Не картофелем единым - путь Миримской

Но знают ли любители русских чипсов, что энная сумма, заплаченная ими за чипсы, попадет новоиспеченной гражданке Израиля госпоже Миримской? А куда они пойдут потом, запрещенным в России организациям или на утехи «заевшейся» мадам неизвестно.

К слову, история банка БКФ также получила интересное развитие событий – оттуда банкирша также пытается вывести активы. В 2019 году СМИ писали, что в Банк России обратилась компания Netcore Solutions Ltd (Кипр), которая сообщила, что опасается не получить свои средства – 11,15 миллионов долларов, которые десять лет назад выдала в качестве займа. Кипрская фирма сообщила, что бенефициары БКФ занимаются выведением активов. При этом срок погашения долга заканчивался в октябре 2019 года.

Тогда пошли слухи, что с помощью такой завуалированной схемы экс-супруги пытаются вывести средства на офшоры. Но если это и было коварным планом, то быстро добиться желаемого не получилось – в 2020 году стало известно, что жалобу проверяет следствие. Действия Голубовича трактовали не только как уклонение от уплаты налогов в особо крупных размерах, но и как незаконный вывод средств из РФ в офшорные юрисдикции, где зарегистрированы компании Голубовича, в том числе Netcore Solutions. Суд первой инстанции признал Алексея Голубовича как контролирующего акционера Netcore Solutions Ltd. через цепочку офшорных компаний, об этом сообщал РАПСИ.

Так или иначе, за все приходиться, когда-то отвечать. Вопрос в том кто из супругов будет первым.

Источник: The Moscow Post

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: